Скитания Чародея [ = Чародей в скитаниях ] - Кристофер Сташеф

— А вы слоняйтесь здесь, в середине, во время вашего диалога, — Бел взмахом руки прогнал двух актеров на место. — Ну ка, живо по местам! Сами знаете как, под девяносто градусов друг к другу! Распорядитель устанавливает на задаем плане верзил! Отлично, давайте пройдемся по тексту.

— Не знаю... может нам не следует и пытаться, — промолвил сквозь моржовые усы трактирщик.

— Мы должны попытаться, — ответил старый крестьянин, пробуя пальцем острия вил. — Уу! Да, достаточно острые.

— Для чего? — раздраженно спросил трактирщик. — Чтобы воткнуть ему в zitsfleisch? Что толку от этого против вампира, а?

— Ты болтаешь, как старая баба, — презрительно фыркнул крестьянин. — Вилы нужны просто удерживать его, пока мы скручиваем его веревкой.

— Он просто превратится в нетопыря, — предупредил трактирщик.

— Ну и что? — пожал плечами крестьянин. — У нас будет стоять наготове Лугорф с сачком для бабочек. Раньше или позже, мы воткнем ему в сердце осиновый кол.

— А что потом? — развел руками трактирщик. — Допустим, пролежит он там в гробу лет двадцать-тридцать. Раньше или позже какой-нибудь стремящийся прославиться юный дурак спустится туда и вытащит кол, и где мы тогда окажемся? Правильно, там же, где и сейчас.

— Прежде мы добивались этого, — стоял на своем крестьянин, — и добьемся опять.

— Опять, опять и опять, — простонал трактирщик. — Сколько раз нам придется проходить через это?

— А сколько раз приходилось нашим предкам? — проворчал крестьянин. — Они пятьсот лет наводили порядок после его безобразий!

— Пятьсот лет? — нахмурился трактирщик. — То был первый из них во времена, когда «Дракула» было титулом, а не именем.

— Совершенно верно. Он означал «дракон», не правда ли? Позор им, создавать драконам такую дурную славу!

— Драконы, по крайней мере, не обижали людей для забавы, — согласился трактирщик. — По крайней мере, именно такое рассказывают о первом.

— Звали его «Влад». Ему дали кличку «Пронзатель» за страсть сажать людей на кол.

— Помню, — кивнул трактирщик. — В те времена этот горный край был всего навсего скопищем малюсеньких государств, не так ли?

— Да. Ни одно королевство не простиралось дальше, чем на сто миль в одну сторону, но их правители называли себя королями, — крестьянин покачал головой. — Что за жизнь для наших бедных предков! Вся в попытках наскрести на пропитание с клочков ровной земли всякий раз, когда они не бывали заняты укрывательством от того мелкого короля, которому в тот час вздумалось повоевать!

— Всегда «бабах», — пробурчал трактирщик, — всегда сражения. Дело обстояло ничуть не лучше, когда его в первый раз пробудили от сна, сто лет спустя...

Род в изумлении слушал, как двое собеседников выболтали трехминутную историю Балкан, увиденную глазами пары трансильванских крестьян. Это было нелепым, глупым, но действовало.

— Поэтому надо воткнуть ему кол в грудину... и у нас будет, по крайней мере, двадцать лет покоя, — напомнил трактирщику крестьянин. — Для тебя это, возможно, не имеет большого значения, но когда кругом не хватает доверчивых людей, мой скот начинает приобретать бледный вид.

— А куда, по-твоему, не суются доверчивые люди? — огрызнулся трактирщик. — Ко мне в трактир! Возможно, ты дело говоришь. Как ни крути, а на торговлю граф скверно влияет.

— Поэтому мы опять пригвоздим его, — вздохнул крестьянин, берясь за вилы. — А через двадцать лет наступит черед нашим сынам. Ну так что ж? Всяк делает что должен делать, чтобы заработать на жизнь, верно?

— Верно, — кивнул трактирщик. — Каждое поколение должно убивать своего вампира. Зерно не перестают сеять просто потому, что началась засуха.

— Верно, — согласился крестьянин. — И не...

Уголком глаза Род увидел руку, описавшую дугу, увидел как полетели вилы.

— Ложись! — проревел он и прыгнул в броске на Шорнуа. Плечо его врезалось в нее тогда, когда она взвыла от гнева и так рубанула его ребром ладони, когда он попытался достаточно выпутаться чтобы встать, а затем сумела сделать удушающий захват одной рукой — и застыла, уставясь на воткнувшиеся в землю вилы со все еще дрожащим древком.

Род отбросил ее руку, заорав: «Остановите его!» и вскочил на ноги, резко поворачиваясь к ораве статистов, как раз во время, чтобы увидеть, как эрзац-крестьянин исчезает в толпе. Род взревел и ринулся за ним.

Толпа расступилась, давая ему большой проход как раз во время. На противоположном конце его Род увидел «крестьянина», исчезающего в переулке.

Гвен выхватила из рук ошеломленного статиста метлу, вскочила на нее и стремительно унеслась следом за «крестьянином».

Хильда уставилась ей вслед, а затем быстро помотала головой и, нахмурив лоб, перевела взгляд на пульт.

— Ну, а как же это я проделала такое?

Род помчался по проходу в переулок. Вылетел он в него как раз во время, чтобы увидеть, как «крестьянин» исчезает за углом. Род включил форсаж и припустил следом за ним.

«Крестьянин» выскочил из-за угла обратно. Род вытаращил глаза, а затем ринулся дать ему подножку. Но «крестьянин» увидел его приближение и прыгнул вперед, и Род, взвыв от ярости, врезался в мостовую. Приземлился он по-дзюдоистски, но боль опалила ему бок.

— Ложись, — закричала Гвен.

Род неплохо изобразил блин, и как раз во время, потому что Гвен пронеслась на метле прямо над ним.

Он перекатился и встал на ноги, мотая головой и прихрамывая, побежал следом за ней.

Квартал спустя он увидел идущую к нему Гвен с метлой на плече.

— Что случилось? — окликнул он. — Разве это не шиворот-навыворот? Я думал, что ей полагается нести тебя.

— Я не желала потрясти тех, кто здесь живет, — объяснила она.

— Голубушка, тут единственная планета во всей Земной Сфере, где на это не обратят большого внимания. Хотя у тебя могут спросить, как тебе удается добиться такого эффекта. Как я понимаю, наш крестьянин «скрылся»?

Гвен кивнула.

— Там городская площадь. А от нее расходится много улиц.

— Ну-ка, дай-как посмотрю, — Род прохромал мимо нее.

Улица сделала поворот и закончилась на площади, откуда расходились веером среди ветхих домов пять узких, кривых улочек. Все пути бегства быстро пропадали за изгибами улиц.

Род постоял в центре площади, оглядываясь кругом и качая головой.

— Верно, леди. Он мог скрыться по любой из них.

— Да, — согласилась Гвен. — Мы потеряли его.

Род переводил сердитый взгляд с одной улочки на другую, вспоминая воткнувшиеся в землю вилы.

— Этот ублюдок чуть не прикончил Шорнуа. Не долго же им потребовалось нас разыскивать, не правда ли?